На организованной «Леонтьевским центром» (СПб) в начале октября научной конференции с докладом «Реформа «Газпрома»: замысел и провал» выступил директор Института энергетической политики Владимир Милов.
«Газпром» делить не будем!

Владимир Милов — не менее острый критик, чем Андрей Илларионов, но только критика его сосредоточена на более узкой сфере — российском энергетическом секторе. В самом начале «царствования» Владимира Путина Милов пришел на высокий государственный пост творить реформы в этом секторе, но вскоре из высочайших уст услышал приведенную в подзаголовке директиву.

Оставаться на госслужбе в глубоком противоречии с собственными убеждениями, видимо, стало невыносимо, и Милов превратился в ниспровергателя государственных мифов. Один из таких мифов, а именно об энергетической сверхдержаве, уже практически рухнул под напором его разоблачительных аргументов (газета «Дело» от 21.08.2006 знакомила с ними читателей).

Что же касается «Газпрома», то было время, когда его чуть было не начали реформировать. Милов вспоминает «Программу социально-экономического развития РФ на 2002-2004 гг.» (утверждена правительством РФ 10.07.2001). В ней среди направлений реформирования газовой отрасли было представлено, например, и такое: «…создание благоприятных условий для развития конкуренции в тех сферах, где это возможно и целесообразно (прежде всего в добыче и поставках газа)».

Речь шла о «совершенствовании организационной структуры газовой отрасли с целью повышения эффективности функционирования, прозрачности затрат на осуществление регулируемых видов деятельности, а также создания условий для развития рынка газа». При этом говорилось, что «важной частью структурной политики в газовой отрасли является финансовое и организационное выделение в составе ОАО «Газпром» газотранспортной компании, эксплуатирующей магистральную газотранспортную систему».

Следует сказать, что эти решения правительства РФ почти на шесть лет опережали пакет предложений Еврокомиссии о демонополизации энергетического сектора в объединенной Европе (см. «Дело» от 24.09.2007 и 01.10.2007). Однако в октябре 2003 г. президент РФ разом прихлопнул реформаторские поползновения в отношении «Газпрома».

Нефтяная отрасль к тому времени была реформирована: произошло разделение добычи между несколькими независимыми добывающими компаниями, проведена их приватизация («Роснефть» оставалась последней госкомпанией и ждала своей очереди на превращение в частную), осуществлено отделение трубопроводной инфраструктуры.

Однако до газового сектора реформаторы 1990-х гг. не добрались. Здесь сохранялись централизованная структура и госконтроль, соединение трубопроводов и добычи. Милов расценивает централизацию активов газовой отрасли в «Газпроме» в 1992 г. как крупнейшую стратегическую ошибку реформаторов.
«Газпром»: национальное отставание

К началу «путинской поры» «Газпром» выглядел намного лучше, чем «нефтянка». Добыча газа в 1990-е гг. не опускалась ниже 89% от уровня 1991 г., в то время как добыча нефти падала до 58% от уровня этого года. Производственные фонды газовой отрасли были относительно новыми: их износ в 2000 г. составлял всего лишь 20%, в то время как тот же показатель для нефтедобычи был равен 53%. Да и по запасам добываемого сырья все было хорошо: обеспеченность доказанными запасами нефтяной отрасли составляет 25 лет, а газовой — 87 лет.

«Газпром» был само благополучие на фоне переживавшей серьезный кризис экономики. Однако в XXI веке «национальное достояние» превращается в «национальное отставание». Далее, как говорится, только цифры, ничего личного.
В 2006 г. добыча газа «Газпромом» была лишь на 2% выше, чем в 1999 г.; аналогичное превышение в «олигархическом» нефтяном секторе составляет 52%. Капитальные вложения в нефтедобычу в 2000-2004 гг. со стороны «жадных олигархов» составляли в среднегодовом исчислении около $ 6,2 млрд., а среднегодовые вложения в газодобычу в 2001-2006 гг. — $ 3,3 млрд. В нефтедобыче средняя производительность активных скважин выросла с 7,5 т в сутки в 2000 г. до 10,3 т. в 2005 г., в то время как такая же производительность газпромовских скважин снизилась с 267 тыс. м3 в сутки в 2001 г. до 234 тыс. м3 в 2006 г.

Куда исчезли сверхдоходы «Газпрома»? На этот вопрос у Милова тоже есть ответ. Операционные расходы этой компании безостановочно росли. Так, кумулятивный прирост выручки (2006 г. к 2000 г.) составил $ 44,9 млрд. (по курсу соответствующих периодов), а такой же прирост операционных расходов — $ 27,3 млрд. Основной вклад в их рост вносило наращивание оплаты труда, при том что производительность падала (см. рисунок). Таким образом, прирост расходов «съел» 60% прироста выручки.
Но, может быть, оставшиеся 40% использовались сверхэффективно? И тут «все не так, как надо»: «Газпром» превратился в скупщика. Кумулятивные расходы «Газпрома» на покупку активов в целом за 2003-2007 гг. составят $ 32,1 млрд., а кумулятивные инвестиции в добычу газа за этот период — лишь $ 18,5 млрд. Вот, к примеру, инвестиционная программа «Газпрома» на текущий 2007 г. Инвестиции в газодобычу — $ 2,9 млрд., расходы на покупку активов — $ 17,1 млрд. или, иначе говоря, почти в шесть раз больше!

Оплачивать общую неэффективность и «пиршество» приобретений придется, разумеется, потребителям. И не столько внешним, сколько внутренним. Постановлением правительства РФ от 28.05.2007 утвержден график повышения внутренних цен на газ в 2007-2011 гг. Если в текущем году цена 1000 м3 газа на отечественном рынке равна $ 50,6, то в 2011 г. она составит $ 125.
Далее Милов ссылается на неопубликованные расчеты ЦЭМИ (Центрального экономико-математического института) и ИЭПП (Института экономики переходного периода), согласно которым при создании условий для достаточно эффективной конкуренции в сфере добычи и поставок газа средние внутрироссийские цены на газ в обозримой перспективе могли бы стабилизироваться на равновесном уровне в $ 60-65 за 1000 м3. Сейчас цены на газ, по результатам свободных торгов на площадке «Межрегионгаза», составляют около $ 70 за 1000 м3 на выходе из магистральных газопроводов. Почему внутренние цены должны превышать $ 100?

Ответ на этот вопрос частично дает картина задолженности «Газпрома». Отношение долга к выручке по международным нефтегазовым компаниям на конец 2006 г. колеблется от 2,2% у Exxon Mobil до 14,8% у Conoco. У «Газпрома» оно — 50,2%. С учетом новых заимствований, вызванных новыми приобретениями, это отношение у «Газпрома» по итогам 2007 г. может превысить 60%.
Кто-то решит, что «Газпром» платит много налогов? Ведь запускал же он специальную рекламу на этот счет, чтобы мы все глубоко прочувствовали на себе его заботу о нас. Оказалось, что с тонны нефтяного эквивалента (НЭ) ЮКОС, «уклоняющийся от уплаты», в среднем платил в 2000-2002 гг. $ 56,3 налогов, тогда как для «Газпрома» в 2006 г. (!) этот показатель равен всего лишь $ 29,4. Ну а если сравнить «Газпром» с не ушедшей во мрак российской истории компанией, а с «современниками», то мы увидим, что в 2006 г. вклад в бюджеты РФ «Лукойла» составлял $ 229,8 c тонны НЭ, а вклад ТНК-ВР — $ 250,8.

На страну надвигается кризис газоснабжения: растет разрыв между поставками «Газпрома» и внутренним спросом на газ, падает добыча на Уренгойском и Ямбургском месторождениях, а ввод в действие новых срывается. Согласно лицензиям, «Газпром» должен был запустить газовые месторождения полуострова Ямал в промышленное освоение еще в конце 1990-х гг. В 2001 г. эти лицензии были продлены до 2008-2012 гг., но и такие сроки не выдерживаются.
Несмотря на гораздо более благоприятную ситуацию в 1999-2000 гг., по сравнению с нефтяным сектором, «Газпром» довел дело до масштабного кризиса в газодобыче.
Газовики всё сами развалят

Ответ Милова на этот вопрос не вызывает сомнений: разделение «Газпрома» на несколько независимых газодобывающих компаний и выделение отдельной газотранспортной компании, создание конкурентного рынка газа.

Как делить сферу газодобычи? По сегодняшним газодобывающим подразделениям «Газпрома». Падение добычи на крупнейших месторождениях способствует формированию значительно более благоприятных условий для разделения компании на несколько более-менее равных структур. 5-6 компаний станут контролировать не менее чем по триллиону кубометров газовых запасов.
И это не будут «маленькие» компании. Каждая из них сможет добывать 80-100 млрд. м3 газа в год — больше, чем Норвегия, Алжир или Иран. Каждая из них будет больше «Лукойла» или сопоставима с ним. При этом накопленный долг «Газпрома» можно легко обменять на доли в газодобывающих компаниях, сняв долговое бремя с оставляемых у него инфраструктурных активов.

Частный сектор не только в нефте-, но и в газодобыче доказал свою состоятельность. Независимые производители газа были основным источником роста добычи в последние годы. Кумулятивный прирост добычи в 2006 г., по сравнению с 1999 г., составил у «Газпрома» 10 млрд. м3, тогда как у частных газодобытчиков — 59 млрд. м3. Да и темпы прироста добычи газа у них гораздо выше газпромовских (12,4% в 2006 г. против 0,2% у «Газпрома»).
Если же продолжать оберегать газпромовскую монополию, то кризис газовой индустрии рискует превратиться в одну из центральных экономических проблем России. Сказал же еще в 2000 г. тогдашний губернатор Тюменской области Леонид Рокецкий: «»Газпром», в конце концов, сами газовики и развалят. Никаких Волошиных и Немцовых для этого не потребуется».