Нефть и газ в энергетическом балансе России

Выдающиеся достижения геолого-разведочных работ в течение последнего тридцатилетия позволили довести в СССР добычу нефти и конденсата в 1987 г. до 624 млн т, т.е. увеличить ее по сравнению с 1960 г. в 4,2 раза. Добыча газа возросла с 45,3 до 815 млрд м3, т.е. в 18 раз. Были созданы новые базы добычи нефти в России (в Западной Сибири), в Казахстане на Мангышлаке, в Беларуси в Припятской впадине и др.;

добыча газа быстро нарастала в России (Западная Сибирь, Оренбургская обл.), на Украине, в Узбекистане, Туркменистане, Советский Союз занял первое место в мире по их добыче.

К 1988 г. была сформирована структура энергетического баланса, в которой нефть и газ составили 74 %, уголь 22 %, прочие (ГЭС, АЭС, торф, дрова) – 4 %; нефть и газ стали основой развития экономики и социальной сферы общества. Сумма источников энергии в СССР составила около 2,2 млрд т условного топлива, в том числе в России – 1,8 млрд т условного топлива. Все это явилось прежде всего результатом геолого-разведочных работ, охватывающих все перспективные регионы бывшего СССР и приведших к подготовке огромных запасов, что особенно важно для гигантских месторождений. Это позволило в послевоенный период до 1988 г. ежегодно наращивать добычу нефти на 4,5%, газа – на 6-7%.

В последующие годы добыча нефти стала резко снижаться на 15 % в год. Снижается, хотя и медленнее, добыча газа – в 1993 г. на 3,7 %, угля – на 10 %.

Основная часть снижения, естественно, приходится на Россию, добывающую 90 % нефти и 80 % газа от общего объема СНГ. Экспорт нефти России за пределы СНГ снизился за 1 год со 160 до 80 млн т, в результате чего бюджет недополучил примерно 11 млрд долл. Крупнейшая нефтегазодобывающая держава мира, уступившая в 1993 г. первое место по добыче нефти Саудовской Аравии, однако находящаяся на одном уровне с США, а по добыче газа абсолютно лидирующая, вовлечена в жесточайший энергетический кризис, который нарастает с каждым месяцем. В 1993 г. в России общий экспорт составил 37 % для нефти и 26 % для газа.

Тем не менее, доля нефти и газа в энергетическом балансе возросла до 83 %, уголь составил 13 %, прочие примерно 4 %. Нефть и газ по-прежнему практически полностью определяют судьбу экономики России. Не в меньшей мере они определяют и судьбу многих государств – бывших республик СССР (Украина, Беларусь, Грузия, Армения, Молдова, Прибалтия и др.), куда экспортировано в 1993 г. из России 14 % добытой нефти и 13 % газа.

В настоящее время суммарный энергетический баланс России составляет около 1450 млн т условного топлива, а за вычетом экспорта нефти и газа – 1073 млн т. Кроме того, экспортировались электроэнергия и уголь. Для внутреннего потребления осталось около 1 млрд т условного топлива – в 1,8 раза меньше, чем в 1988 г. При таком уровне неизбежен дальнейший рост цен на энергоносители и соответственно на все товары. А, следовательно, абсолютная нереальность стабилизации экономики.

Стабилизация добычи нефти и газа – единственный выход из создавшегося тупика, иначе все подходы к ликвидации суперинфляции бесперспективны.

Одной из причин кризиса в нефтяной промышленности является высокий темп роста добычи в предшествующий период, когда при острой нехватке капиталовложений и оборудования форсированно разрабатывались наиболее крупные и высокопродуктивные объекты.

В настоящее время в разработку вовлечено примерно 75 % извлекаемых запасов нефти, остальные числятся на разведанных площадях, месторождениях, малопродуктивных залежах, ожидающих ввода в разработку или располагающихся вдали от коммуникаций (ЛЭП, дорог, трубопроводов) . В разработке находятся все крупные месторождения, а именно они определяют рост и уровень добычи. Поэтому условия для роста добычи, видимо, отсутствуют. Добыча нефти снижается и в главном регионе России – Тюменской области, где вовлечено в разработку более 80 % запасов. В некоторых районах страны возможно лишь незначительное ее увеличение, не влияющее на ее общий уровень.

Страна располагает огромными запасами газа, обеспечивающими достигнутый в 1990 г, уровень добычи в бывшем СССР 815 млрд м3, в том числе в России 645 млрд м3. Считалось, что современные запасы обеспечивают добычу газа 1-1,2 трлн м3. Однако в последние годы добыча не только не растет, но и снижается. Надо иметь в виду, что уровни 1990 г, и современный достигнуты на 95 % за счет гигантских месторождений Тюменского Севера (80 %), Оренбургского и Вуктыльского, открытых в 60-70-е годы. В настоящее время в разведке нет ни одного подобного по масштабам месторождения. Следовательно, можно предположить, что рост добычи газа до 1 трлн м3 в год в обозримой перспективе не реален. Геологическая служба Мингазпрома указывала на это еще в начале 80-х годов. Поэтому сейчас можно говорить только о стабилизации добычи нефти и газа в ближайшее десятилетие.

Важнейшим фактором, приведшим нефтяную и газовую промышленность к современному состоянию, является экономика, определяемая прежде всего существовавшей в течение десятилетий мизерной отпускной ценой нефти и газа и недостаточными инвестициями во все звенья нефтегазового комплекса. В результате отрасль, достигнув в конце 80-х годов максимума по уровню производства и обеспечив функционирование экономики и социальной сферы, оказалась убыточной, влачащей жалкое существование во всем – от инвестиций в развитие производства до социально-бытовых условий.

Главная причина сложившегося положения зародилась еще в 1965-1970 гг., когда в результате открытия уникальных месторождений Западной Сибири и в ряде других районов стала очевидной возможность быстрого роста добычи нефти и газа.

Минерально-сырьевая база добычи нефти и газа

Разведанные запасы России в настоящее время в достаточной мере обеспечивают добычу нефти и газа, и не их дефицит явился причиной энергетического и общеэкономического кризиса. Истинные причины были описаны ранее: недостаточность ассигнований на добычу и геологоразведочные работы, отставание технологии, упор на интенсивную эксплуатацию высокопродуктивных объектов при отставании обустройства инфраструктуры и др.

За период 1975-1990 гг. капитальные вложения на глубокое разведочное бурение в бывшем СССР выросли в 3,5 раза. Возросли и операционные средства госбюджета, направляемые на геолого-разведочные работы, предшествующие бурению. Было открыто множество нефтяных и газовых месторождений. За этот период добыча нефти возросла в 1,24 раза. Все наиболее крупные месторождения в кратчайшие сроки вводились в разработку, а количество добываемой нефти было соизмеримо с приращиваемыми запасами. Поэтому запасы нефти, несмотря на высокие темпы роста разведочных работ, возросли только на 16 % -темп роста добычи обгонял темп роста запасов.

Основные силы были брошены на бурение эксплуатационных скважин. За 1975-1989 гг. общий объем бурения в бывшем СССР вырос в 3,5, а доля разведочного только в 1,5 раза, хотя его объем достиг 5,7 млн м. Если в 1975 г. доля разведочного бурения составляла треть общего объема, то в 1989 г. – всего 17 %.

Вместо корректировки этого курса ошибки были усугублены: в последние же годы (1982-1993) объем поискового и разведочного бурения сокращен в 2,3 раза. В 1994 г. ожидается дальнейшее его сокращение. Соответственно сократились ассигнования на геофизические работы и научные исследования. Из-за недостаточного объема финансирования ликвидированы многие геологоразведочные и геофизические экспедиции; на грани ликвидации крупные научные коллективы. Все это ведет к прекращению подготовки запасов нефти и газа и сокращению, а в ряде районов и к прекращению поисков новых месторождений, хотя перспективы открытий в России далеко не исчерпаны.

Сокращение геолого-разведочных работ имеет место при высокой доле освоенности начальных ресурсов нефти (НР-сумма накопленной добычи, запасов месторождений и прогнозных ресурсов неоткрытых месторождений). В настоящее время структура следующая: накопленная добыча 14 %, текущие запасы месторождений 31 %, количество нефти, прогнозируемое в неоткрытых месторождениях (прогнозные ресурсы) 55 %. Статистика показывает, что при освоении более 30 % ресурсов (доли добычи и текущих запасов в начальных ресурсах) удельная эффективность поисков и разведки (прирост запасов на 1 м бурения или на единицу затрат) резко снижается относительно максимальной. Именно на этой стадии разведанности мы и находимся. Поэтому для обеспечения добычи запасами необходимо увеличение инвестиций в поиски и разведку нефти и газа (даже без учета инфляционных процессов).

Минерально-сырьевая база добычи создается длительно и непрерывно. Геолого-разведочные работы – огромный комплекс, интегрирующий множество методов, видов аппаратуры, теоретических исследований и др. Его деятельность нельзя остановить, ее можно либо поддерживать, либо разрушить, чтобы затем создавать заново. Страна, дающая в мировой добыче около 13 % нефти и 30 % газа, не может довести до полного развала их добычу, не развалив свою экономику. А прекращение подготовки запасов – это развал добычи. Поэтому сохранение физических объемов и организационных структур геолого-разведочных работ – коренная проблема стратегии поддержания добычи нефти и газа.

Необходимость активных геолого-разведочных работ вытекает из анализа результатов за 1960-1990 гг. не только в бывшем СССР, прежде всего в России, но и из мирового опыта. Нефть и газ добывают примерно в 100 странах на суше и в акваториях. За пределами СНГ в последнее время в работе находятся 1500-1800 буровых установок, из которых 20 % ведут поисковое бурение. На шельфе работают 300-350 установок разного типа (стационарных, полупогружных, на судах и др.). Широко развернуты геофизические исследования на суше и в акваториях. Все эти работы ведут не только основные добывающие страны (США, Мексика, Венесуэла в западном полушарии, Англия и Норвегия в Северном море, страны Ближнего Востока), но и в Юго-Восточной Азии (особенно в акваториях), Индии, Пакистане, на континентальных окраинах Западной Африки, вдоль Тихоокеанского побережья (Южной Америки) и др. В развивающихся странах работы ведут в основном крупные западные компании, в Мексике, Венесуэле, Бразилии – государственные компании с участием других инвесторов.

Стремление к созданию собственной нефтегазодобывающей промышленности проявляется в «нефтяных» европейских странах. Поиски нефти ведутся в присредиземноморской части Турции, Греции, на юге Апеннинского п-ова в Италии, Швейцарии, в акваториях Средиземного моря. Обсуждаются перспективы впадины Тонга в Тихом океане и акватории Сейшельских островов в Индийском океане и др. Общий объем бурения порядка 790 млн м в год. Наибольший объем его приходится на США ~ крупнейшую нефтегазодобывающую страну мира. Опыт США интересен для нас, так как условия функционирования нефтегазового комплекса имеют много общего с таковыми в России (соизмеримый объем добычи, бурения, геологических условий и др.).

В США добыча нефти и конденсата в 1993 г. была 345 млн т, кроме того произведено примерно 40 млн т сжиженного газа (этан – пентан), т.е. суммарно 385 млн т. Годовое падение добычи нефти составляет около 5 %. Среднесуточный дебит скважин около 1,6 т/сут. Добыча газа в 1993 г. составила примерно 520 млрд м3. Важнейшей особенностью США является большая доля импорта в потреблении энергии. Импорт нефти на 5 % превышает добычу внутри страны, общее потребление жидких углеводородов около 850 млн т, газа – около 600 млрд м3 (в том числе импорт около 80 млрд м3). В стране созданы огромные мощности по добыче и переработке нефти и газа, доля которых в сумме потребляемой энергии 65 % [З]. Соответственно уделяется большое внимание состоянию и использованию этих мощностей. Для поддержания добычи ведутся поисковое, эксплуатационное и другие виды бурения в объеме более 50 млн м в год. Ежегодно заканчивается 26-28 тысяч скважин, в том числе 17-18 % поисковых и других исследовательских. Общая доля скважин, дающих продукцию, около 80 %. Таким образом, ежегодный ввод продуктивных скважин 20 тыс., т.е. за 30 лет обновляется весь действующий фонд.

Бурение ведется во всех районах, имеющих перспективы открытия новых залежей, горизонтов, блоков и других объектов. Всего в 1992 г. работало более 700 буровых станков. Большое число станков приходится на старые районы. Основной объем в Техасе, Луизиане, Калифорнии, где добывается примерно 55 % нефти и работают 270-290 станков (в том числе 200 в Техасе). Однако в штатах, дающих небольшую добычу, также бурят много скважин: в Оклахоме добыча 13 млн т в год, работают более 100 станков, закончено в 1993 г. более 2600 скв., Иллинойсе соответственно 2,5 млн т, 62 станка, около 650 скв. и т.д.

Инвестиции в подготовку запасов составляют около 20 млрд долл. в год. Годовой прирост запасов (порядка 300 млн т нефти и столько же газа в нефтяном эквиваленте) осуществляется за счет разведки, ревизии материалов и их переинтерпретации. Стоимость прироста и подготовки к разработке одного барреля запасов нефтяного эквивалента (1 т нефти равна 1,2 тыс м3 метана) в среднем по миру, и по США в частности, 4-5 долл., т.е. около одной трети рыночной цены нефти [4].

Приведенные цифры по миру и США наглядно показывают, что в подготовку запасов вкладывают крупные средства, так как без этих вложений нефтегазодобывающий комплекс функционировать не может.

Совершенно ясно, что и в России необходимо обеспечить устойчивое финансирование геологоразведочных работ для подготовки запасов за счет отчислений от продажи нефти и газа в размере, по крайней мере, 25-30% их цены. Эти отчисления должны быть регламентированы законодательно и направляться только на подготовку запасов. Они должны либо использоваться добывающими организациями, либо, если у последних нет возможности прироста запасов, изыматься у них и направляться в другие районы, имеющие перспективы открытия новых месторождений.

Направления поисков нефти и газа

Как отмечалось, важнейшее условие стабилизации добычи нефти и газа – прирост запасов. Опыт показывает, что основным источником прироста являются новые регионы. В то же время и в старых районах имеются многочисленные неоткрытые залежи. Об этом свидетельствует статистика по миру, характеризующая количество и распределение месторождений по размерам запасов, а также приведенные данные об объеме бурения в некоторых районах США, имеющих небольшую добычу. Поэтому необходимо рассматривать оба направления – поиски в старых и новых районах России как равнозначные с точки зрения стабилизации добычи.

Для стабилизации добычи нефти прежде всего необходимо остановить ее падение в Западной Сибири за счет ввода новых месторождений и, что не менее важно, за счет ее максимального поддержания в разрабатываемых районах Среднего Приобья. Наряду с Западной Сибирью надо принять неотложные меры по поддержанию добычи в районах Урало-Поволжья и других, т.е. встать на путь нефтяной промышленности США, удерживающий десять лет добычу жидкого топлива на уровне 400-450 млн т. Основные причины этой стабильности – высокая технология и огромный фонд добывающих скважин, с которыми ведется тщательная повседневная работа. На начало 1990 г. в США их было 603 тыс., в России – 160 тыс., в том числе в Западной Сибири, где добывается около 60 % нефти России, – всего 60 тыс. У нас главное – ввод новых районов, месторождений, форсированная добыча из наиболее продуктивных залежей. Работа над старыми скважинами ведется крайне слабо. В настоящее время около 40 % скважин простаивают из-за отсутствия оборудования, мощностей для ремонта и др.

Оценивая уровень добычи и возможность его стабилизации, надо иметь в виду, что в СНГ открыто всего 2,2 тыс. нефтяных и 500 газовых и конденсатно-газовых месторождений при площади перспективных земель 11 млн км2, а в США – 30 тыс. нефтяных и 20 тыс. газовых [3] при общей площади страны 7 млн км2 (включая и бесперспективные территории). Конечно, основная масса месторождений США (около 70 %) мелкие, с запасами менее 1 млн т нефтяного эквивалента, но оставшиеся 10 тыс. в сравнении с 2,7 тыс. в СНГ показывают возможность открытий в нашей стране не только в новых, но и в районах сложившейся нефтегазодобычи. Учитывая значительные перспективы в ряде регионов, рассмотрим в общих чертах состояние работ в них за пределами Западной Сибири, приоритет которой несомненен.

В течение 1960-1990 гг. в России крупные месторождения открыты и введены в разработку в Республике Коми, Ненецком автономном округе Архангельской области, и здесь можно увеличить добычу, тем более что и в северной его части, и в акватории Печорского моря перспективы открытий достаточно велики.

Нефтедобывающие регионы Урало-Поволжья (Татарстан, Башкортостан, Куйбышевская, Саратовская, Волгоградская, Оренбургская области и др.) характеризуются высокой разведанностью, разрабатываемые месторождения в целом находятся на стадии падающей добычи. Однако, как показывает опыт в США, да и многих районов России и всего СНГ, перспективы этого важнейшего района далеко не исчерпаны. Видимо, здесь необходимы новые идеи, поиски зон нефтегазонакопления, связанных с неантиклинальными ловушками, широкое внедрение современных методов поисков, основанных на компьютеризации и интеграции материалов, прежде всего – объемной сейсмики. Нет сомнений в том, что здесь могут быть открыты многочисленные залежи, и возможно, крупные.

Несмотря на многолетние исследования, до сих пор не дана реальная оценка перспектив нефтегазоносности Восточной Сибири, Южной Якутии, материковой части Дальнего Востока и Северо-Востока. В южной части Восточной Сибири открыто несколько сложнопостроенных месторождений, среди которых Верхнечонское в Иркутской области является крупным. Однако из-за сложных условий разведки и освоения рассчитывать на существенную добычу в ближайшие годы нет оснований. Тем не менее эта огромная территория требует дальнейшего изучения, так как создание собственной базы добычи нефти и газа – важнейшая предпосылка развития экономики Восточной Сибири и комплексного освоения ее природных богатств. Оценка перспектив материковой части Дальнего Востока также требует проведения геолого-поисковых работ. То же относится и к районам Чукотского автономного округа, где открыты небольшие месторождения. На Сахалине давно существует нефтедобывающий район, месторождения которого находятся на поздней стадии разработки. Однако крупные перспективы связаны с Присахалинским шельфом, где открыты месторождения Одопту, Чайва-море, Пильтун-Астохское, Лунское и др.

Поиски нефти и газа на обширных северных территориях Восточной Сибири, Дальнего Востока и Северо-Востока – важнейшая экономическая задача, поскольку сюда моторное топливо доставляется автотранспортом или по рекам за тысячи километров. Она требует развития теоретической основы поисков и, что не менее важно, создания новых методов и комплексов геолого-геофизических исследований. Ее кардинальное решение выходит за рамки текущего пятилетия, но сейчас необходимо сохранить объем работ 1980-1990 гг. и существующие структуры геофизических, буровых и научно-исследовательских работ, созданные в течение 30 лет. Их разрушение обойдется намного дороже, чем нормальное и плодотворное функционирование.

Принципиальное значение имеет оценка перспектив морей, омывающих Россию. Здесь два направления: 1) продолжение поисков и подготовки запасов в Северном и Среднем Каспии, Баренцевом и Карском морях и Присахалинской акватории; 2) оценка перспектив Охотского (северная часть) и Берингова морей. Это направления ближайших лет, поскольку во всех перечисленных акваториях или в их прибрежных частях установлена нефтегазоносность, и проблема состоит в инвестициях и технических средствах. Самостоятельной задачей начала XXI в. является оценка перспектив восточной части Ледовитого океана -от Енисея до Берингова пролива, вдоль побережья которой также известны залежи нефти, газа, углей в стратиграфическом диапазоне от мезозоя Енисей-Хатангского прогиба до палеозоя Сибирской платформы. Известны в общих чертах региональные тектонические элементы акватории. Однако реализация этих перспектив требует принципиально новых технических, методических и теоретических решений и идей.

Необходимость новых идей на существующей стадии изученности нефтегазоносных бассейнов мира в целом и России как одной из стран с наибольшими перспективами высказывалась неоднократно. Она вытекает и из огромного материала, полученного в последние десятилетия. За 50 лет добыча нефти в мире выросла более чем в 10 раз. Однако подавляющая часть открытий по числу месторождений и запасам связана с антиклинальными формами.

Для всех нефтегазоносных бассейнов мира на протяжении 130 лет промышленной добычи нефти основой стратегии поисков была ориентация на этот тип ловушек. В то же время давно известно, что огромное число залежей не связано с антиклинальными структурами. Особенно много залежей в неантиклинальных ловушках (НАЛ) известно в США – стране, характеризуемой исключительно высокой разведанностыо недр. Здесь при общем числе месторождений около 50 тыс. в ряде районов большинство в неантиклинальных ловушках. Так, в шт. Оклахома из 3300 месторождений нефти и газа две трети в НАЛ (напомним, что здесь добывают 13 млн т и в работе около 100 станков), в Канзасе – более трех четвертей [2]. При этом как в США, так и в СНГ с НАЛ связаны и крупнейшие месторождения с запасами нефти в десятки и сотни миллионов тонн. Таковы залежи в терригенном среднем девоне и в рифогенных ловушках верхнего девона Тимано-Печорского бассейна, уникальная залежь месторождения Даулетабад-Донмез в Восточном Туркменистане, Пембина в Канаде, Ист-Тексас в США и ряд других.

Надо полагать, что современные методы картирования, изучения разреза, теоретические разработки, компьютеризация и другие позволяют открыть множество месторождений, прежде всего в старых районах Русской, Печорской плит и Предкавказья.

Повышение эффективности поисков и разведки

Как отмечалось, при высокой степени разведанности европейской части России и сложных геологических, географических и экономических условиях Сибири, Дальнего Востока и Северо-востока эффективность поисков снижается, а сложность их растет. Поэтому к важнейшим задачам относятся повышение разрешающей способности геофизических работ на всех этапах и стадиях, обеспечение высокой точности картирования ловушек, регионального и локального прогноза.

Современный уровень геофизических работ, аппаратурно-методический и теоретический потенциал геологических исследований позволяют решать многочисленные и весьма тонкие задачи не только структурного направления, но и многих других, среди которых можно выделить детальное картирование геологических тел, названное Л .Л. Слоссом «последовательностями», отвечающими циклам осадконакопления, «Стратиграфические последовательности», разделенные региональными несогласиями, являются в Северном море и в других регионах важнейшими объектами геолого-геофизических исследований при прогнозировании и картировании ловушек в клиноформных и других седиментационных комплексах. При этом большое внимание уделяется изучению резервуаров в широком понимании, тектонических и палеогеоморфологических структур, геохимической характеристике разреза и др.

Весь обширный комплекс поисковых проблем решается на базе всеобъемлющей компьютеризации, интеграции разнородных данных. Особенно большая роль принадлежит объемной сейсморазведке, дополняемой ВСП, микросейсмикой и другими методами. Весь этот арсенал широко рекламируется и применяется в таких, казалось бы, изученных районах, как платформенные бассейны США, Северное море, бассейн Мексиканского залива, а также на шельфах континентальных окраин Африки и др.

Не меньшее значение имеет и оптимизация процесса разведки на основе геокомпьютеризации и систем управления. Такие системы разработаны, внедряются, и их эффективность доказана практикой в России [I]. Они важны именно у нас, поскольку наши критерии подготовленности к разведке согласно существующим правилам значительно отличаются от западных. И в данном случае заимствование и внедрение зарубежного опыта возможно лишь с учетом реальных геологических и экономических условий.

Повышение эффективности поисков и разведки многие годы было в центре внимания научных коллективов и геологов, геофизиков-практиков, и в этом отношении накоплен значительный опыт, научный и аппаратурный заделы. Реализация его с учетом зарубежного опыта и аппаратурно-компыотерного уровня является важной составляющей стратегии развития минерально-сырьевой базы нефти и газа при экономном расходовании средств.

Нефтегазодобывающая отрасль является не только важнейшей, но и одной из сложнейших в народном хозяйстве. Ее быстрое развитие, основанное на богатстве наших недр, огромном мужестве и гражданской ответственности армии геологоразведчиков, нефтяников и газовиков-добытчиков, буровиков, производственников и ученых, создало предпосылку развития всей экономики страны. Однако нежелание верхних эшелонов власти оценить сложность отрасли, представление о простоте наращивания добычи нефти и газа, пренебрежение мнением специалистов – организаторов и руководителей отрасли, производственников, ученых привело нефтедобычу в состояние развала. Та же судьба ждет и газовую отрасль, если отношение к ней не изменится.

Необходима государственная программа функционирования энергетического комплекса, обеспечивающая реальную стабилизацию, а затем восстановление добычи нефти и газа, составляющих более 80 % энергетического баланса России.

Исходными положениями стратегии стабилизации добычи нефти и газа представляются следующие.

1. Укрепление нефтегазодобывающего комплекса возможно прежде всего на основе крупных инвестиций, разумной экономики, разумной налоговой политики, создания централизованных фондов. Сейчас можно говорить не о росте добычи нефти, а только о ее стабилизации на каком-то технически возможном уровне. Видимо, сегодня это уровень 1993 г. – примерно 350 млн т нефти и 600 млрд м3 газа, так как в течение 1-2 лет ликвидировать тенденцию к спаду невозможно.

2. Непременным условием стабилизации добычи, основой стратегии функционирования энергетики России является устойчивое финансирование нефтегазового комплекса. Альтернативы этому нет, так как развал добычи нефти и газа неминуемо приведет к национальной катастрофе – гибели экономики России в прямом смысле.

3. Состояние промышленных запасов нефти и газа обеспечивает существующий уровень добычи. Это относится как к Западной Сибири, районам европейского Севера, где возможен некоторый рост, так и к старым районам, где задача состоит в удержании её уровня. Однако добычу надо компенсировать подготовкой новых запасов.

4. Надо поднять объем геолого-разведочных работ. Для сохранения добычи нужно во всех нефтегазоносных районах, особенно старых, со сложившейся инфраструктурой, открывать месторождения. Открытие массы месторождений с разными запасами создаст стабильность добычи в каждом районе и стабильность повсеместного обеспечения нефтью и газом.

5. Для стабилизации добычи необходимо коренным образом изменить технологию бурения скважин, их освоения (вызов притока нефти и газа), поднять весь цикл строительства на уровень, достигнутый на Западе. Целесообразно внедрить западные технологии путем привлечения нефтедобывающих и иных компаний, использования лицензий, создания смешанных предприятий и др.

6. Развитие геолого-разведочных работ и оптимизация разработки месторождений требуют переоснащения предприятий и институтов, обеспечения их импортным оборудованием и аппаратурой, организации производства отечественной аппаратуры, разработанной и неосвоенной.

Конечно, в обстановке нарастающего развала нефтегазового комплекса, общего развала экономики, инфляции предложения об увеличении инвестиций, техническом и технологическом перевооружении нефтегазодобычи могут кое-кому показаться маниловщиной. Но ведь несомненной маниловщиной являются рассуждения о каком-то росте производства в России на фоне развала энергетики. Спасению энергетики нет альтернативы, а без нефти и газа нет энергетики.

*В статье приведены интересные материалы, однако не со всеми выводами автора редколлегия. журнала согласна.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Габриэлянц Г.А., Пороскуч В.И., Сорокин Ю.В. Методика поисков и разведки залежей нефти и газа. – М.: Недра, 1985.

2. Стратиграфические и литологические залежи нефти и газа / Под ред. Р.Е. Кинго. – М. – 1975. – С.455 – 456.

3. Oil and Gas. – 1993. – Vol. 91. – № 4. – P. 79.

4. Oil and Gas. – 1993. – Vol. 91. – № 21. – Р. 97, № 24. – Р. 25, № 30 – Р. 36.

5. Oil and Gas. – 1993. – Vol. 91. – № 7. – Р. 87.

6. Oil and Gas. – 1991. – Vol. 89. – № 4. – Р. 110.

7. Oil and Gas. – 1992. – Vol. 90. – № 4. Кроме того, использованы многочисленные данные за 1991-1993 гг., а также статистические сводки в газетах «Московские новости».