В Госдуму внесены поправки в закон «О Центральном банке» (ЦБ), об их содержании вчера корреспонденту «Газеты» рассказал автор — первый зампред комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам, единоросс Павел Медведев. «ЦБ будет иметь право торговать более широким кругом ценных бумаг на открытом рынке», — пояснил депутат. Список бумаг определит совет директоров ЦБ. «Мы доверяем банку, он чтит Конституцию и помнит о своей обязанности — следить за устойчивостью валюты», — отметил Медведев.

Однако он признал, что теоретически принятие поправок позволит кредитовать любую госмонополию за счет средств ЦБ в случае ее приближения к корпоративному дефолту. Не исключено, что страховка госкомпаний резервами ЦБ и есть главное содержание внесенных поправок.

В интервью «Газете» Павел Медведев объяснил необходимость внесения подобных поправок исключительно благими намерениями. «Допустим, у банков возникают проблемы с ликвидностью. Тогда банкиры приходят и берут у ЦБ деньги в обмен на облигации. Соответственно, теперь ЦБ держит бумаги, и, когда ему нужно будет забрать деньги с рынка, он бумаги эти продаст, а деньги заберет назад», — подчеркнул он.

Кто для кого: госкомпании для государства или наоборот

Бывший директор департамента внешнего долга Минфина, поработавший и в ЦБ, а ныне руководитель «Проекта национального развития» Андрей Черепанов скептически относится к возможностям, которые откроются перед ЦБ при торговле корпоративными облигациями.

«Это может привести, во-первых, к тому, что деньги окажутся просто потеряны для ЦБ. У него в портфеле окажутся облигации, которые, возможно, не будут погашены никогда», — пояснил он в интервью «Газете». По мнению Черепанова, возможность скупки корпоративных облигаций Центробанком причинит ущерб рынку, приведет к его еще большему расслоению. «В список ЦБ будет входить облигации крупнейших эмитентов. Уже сегодня они имеют преимущества, а при такой схеме, когда ЦБ будет, по сути, кредитовать крупные банки, у них появится еще большее конкурентное преимущество», — рассказал Черепанов.

Павел Медведев в свою очередь обещает, что рынок не окажется искаженным, а список инструментов, которые сможет на открытом рынке применять ЦБ, ограничен. «Конечно, ЦБ, в настоящее время в инструментарии ограниченный, не будет искажать рыночные условия и покупать акции «Газпрома», — отмечает Медведев. «Однако мы доверяем ЦБ. А закон будет устроен таким образом, что вопрос торговли на открытом рынке будет решаться советом директоров», — добавил он.

Акции «Газпрома» покупаться не будут, а вот облигации — легко. Тогда становится понятна уверенность госкомпаний, в первую очередь нефтегазовых, которые все больше наращивают корпоративный долг. В настоящее время он, по некоторым оценкам, составляет $300 млрд и продолжает быстро расти. Раскрывают законопроект Павла Медведева и намеки первого зампреда ЦБ Алексея Улюкаева. Он недавно говорил о том, что госкомпаниям ничего не грозит, пока размер их долга не превышает объемов золотовалютных резервов. Именно поэтому и инвесторы уверены в госкомпаниях. Они понимают, что «Роснефть» и «Газпром» в крайнем случае могут рассчитывать на Стабфонд (он уже достиг 3,4 трлн рублей) и золотовалютные резервы (вместе с которыми Стабфонд хранится).

Павел Медведев утверждает, что его законопроект Госдума рассмотрит в ближайшее время. Согласований с правительством поправки в закон о ЦБ не требуют, а положительный отзыв Центробанка уже получен. «Я буду просить принять закон в ближайшее время и для того, чтобы погасить тревогу, которую посеял в душе людей кризис ликвидности», — заявил вчера Медведев.

Успокоительное для МЭРТа

Тревога в душе действительно посеяна. Не случайно второй раз за месяц президент России Владимир Путин требует от министров экономического блока комментариев по поводу связи между кризисом на мировых финансовых рынках и российской экономикой. Главу государства вчера на совещании успокаивал глава МЭРТа Герман Греф. «Каких-либо глобальных процессов, которые могли бы повлиять негативно на российский фондовый рынок, мы не видим. Думаю, до конца года на этом рынке будет позитивная динамика», — доложил президенту министр. Владимир Путин его мысль подтвердил: «Небольшой отток капитала, связанный с колебаниями на мировых рынках, события, которые происходят в Северной Америке и в Европе, — все это не имеет, не должно иметь серьезного негативного значения для национальной экономики». И добавил, что такого же мнения придерживается министр финансов Алексей Кудрин (он не присутствовал на заседании, так как находится в отпуске).

Тем не менее тревожный звонок прозвучал: по данным Германа Грефа, в июле из России было выведено $7,6 млрд. Владимир Путин и глава МЭРТа успокаивают себя тем, что это временное и незначительное явление. Депутат Госдумы Павел Медведев и вовсе считает его положительным. «Мы испытываем давление со стороны доллара, и его ослабление на руку ЦБ и правительству. К тому же это не производственные инвестиции: не фабрики же выводятся из России», — отметил он. Однако посчитать точную сумму производственных инвестиций и их долю в общем притоке капитала (после июльского небольшого бегства он составляет чуть более $60 млрд с начала года) не берется никто.

Герман Греф спокоен: он уверен, что доля спекулятивных инвестиций не так высока. Поэтому до конца года он может сконцентрироваться на другом. Например, на борьбе с инфляцией. Рост цен в августе, по его данным, может составить от 0 до 0,2%. И примерно такие же темпы рост цен будет выдерживать до конца года — именно это необходимо для того, чтобы годовая инфляция уложилась в 8%, как ожидает правительство. Греф пообещал Путину, что будет внимательно следить за инфляцией. И развеял все опасения президента: уже в конце сентября МЭРТ официально выдаст новый прогноз роста ВВП в 7,2-7,4%. Это значительно больше первоначального прогноза в 6,5%.